История Маши

История Маши

Я родилась в обычном провинциальном городе, каких в России множество. Где-то в 14 лет я поняла, что мне нравятся женщины. Я долгое время не решалась об этом говорить, зная, как в России относятся к людям, которые любят не как все. Меня воспитывала бабушка, она знала о моей любви к женщинам и приняла это. Я работала у нас в городе почтальоном, курьером.

С 20 лет я не скрывала свою ориентацию, но почему-то многие относились к этому как к глупости или баловству. Мне было от этого легче из-за того, что ко мне не лезли с нравоучениями. В 2015 году моя бабушка умерла, а до этого в 2013 году у меня обнаружили ВИЧ-инфекцию. Поскольку лечения в нашем городе не было, а мое состояние очень ухудшилось, я уехала в Москву. Вызвала от метро скорую и меня положили в больницу. У меня диагностировали стадию СПИДа и в общей сложности в больнице я провела полтора года. Пока я была в больнице, мою квартиру, доставшуюся мне в наследство, продали за моей спиной. Я осталась без жилья. Мне некуда было идти. 

Незадолго до выписки мне очень повезло, я узнала про шелтер в Москве. Я понимала, что это мой единственный шанс. Заполнила анкету на проживание, минут через десять мне перезвонили. Я сказала все как есть. И про то, что без жилья, и про ВИЧ. Мне сказали, что я могу приехать и жить в шелтере. Но меня задержали в больнице еще на месяц. Когда я звонила через месяц в шелтер, то честно думала, что мне откажут. Ну вдруг решат, что я человек непостоянный, не приехала в тот раз. Но все оказалось хорошо. И я приехала в шелтер. 

Меня встретили очень доброжелательно. Я познакомилась с другими ребятами. Меня все поддерживали, подбадривали. И я поняла, что именно в шелтере я в своей среде. За полтора месяца в шелтере я успела сделать очень много. Я сделала себе регистрацию и встала на учет в СПИД-центр, чтобы получать жизненно необходимую ВИЧ-терапию. На время пребывания в шелтере выдают транспортную карту. Это очень важно, так как проезд в Москве дорогой. Бесплатное питание. И не какая-то сухомятка, а рацион по меню. То есть первое, второе. Видно, что все заботятся о гостях шелтера и не хотят, чтобы у них был гастрит. Также проводились встречи с психологом. Это очень нужно, так как многие ребята морально подавлены. 

В шелтере мне было спокойно и комфортно. Я знала, что мне никто не скажет с презрением: «ты что лесбиянка?!». Что никто не обидит меня, не сделает больно. Там все заботились друг о друге. Шелтер очень помог мне. С его помощью я в буквальном смысле встала на ноги. Очень важно, чтобы он продолжал существовать и помогал людям попавшим в сложную жизненную ситуацию — просто потому что они любят не так, как все. Государственное учреждение мне бы так не помогло.

Наши истории